Star InactiveStar InactiveStar InactiveStar InactiveStar Inactive
 

С начала ноября 2018 г.все, следящие за развитием эстонской политики (в особенности его левого крыла), стали свидетелями кризиса в Объединенной Левой партии Эстонии (ОЛПЭ).

В течение последнего десятилетия партии по разным причинам не удавалось серьезно участвовать в эстонской политике. В последние годы она попыталась усилить свою активность, что позволяло надеяться на ее успешное развитие. Однако в начале ноября стало известно об остром кризисе в партии, начало которому положили события конца октября с.г.

 

Переворот 31 октября

1 ноября 2018 г.  СМИ Эстонии сообщили о неожиданном уходе в отставку прежнего председателя Объединенной левой партии Валева Калда (01.11.2018, http://m.rus.delfi.ee/estonia/article.php?id=84194381), а также о состоявшемся накануне, 31 октября, правлении партии, на котором новым руководителем партии был избран Мстислав Русаков. (01.11.2018, https://rus.err.ee/873626/olpje-vozglavil-mstislav-rusakov).

Однако, ряд членов правления Левой партии Эстонии (в частности А. Егоров, затем и ряд других) заявили о нарушениях, с которыми это избрание и заседание правления 31.10 18 было произведено (09.11.2018,http://rus.delfi.ee/daily/estonia/po-vorovski-egorov-zayavil-chto-rusakov-provel-rejderskij-zahvat-vlasti-v-olpe?id=84275775&fbclid=IwAR1IePazuSpSyumibUq51DNj4wG7qW6BgU8KVI_4I5rRyrZdw4nsxt1zoeI ) .

Как заявили не согласные с действиями группы Мстислава Русакова члены правления партии - Анатолий Егоров и Вийви Пельюховска, они  не были вовремя оповещены о повестке дня заседания правления (напр., А. Егоров находился в это время в России - 1.11.2018. http://baltija.eu/news/read/45893). Неинформирование членов правления ОЛПЭ о повестке заседания было, по мнению этих  партийцев, сознательной тактикой сторонников М.Русакова.

По  словам члена правления Объединенной левой партии  от тартуской первичной организации Вийви Пельюховска, она только 1 ноября узнала и об отставке В.Калда, заявление о котором было, как оказалось, сделано еще за месяц до этого -1 октября. По словам В. Пельюховска, ее никто не информировал о данном (по ее мнению, сделанном под давлением сторонников М. Русакова) заявлении бывшего председателя ОЛПЭ; о нем знала лишь часть правления и почти никто из членов партии. Свое заявление об уходе В. Калд сделал неожиданно, не дождавшись близкого съезда партии (назначенного на 8 декабря) и даже не пытаясь передать партию новому стабильному руководству.

Критические к русаковской команде члены правления ОЛПЭ сообщили, что еще 3 октября, почти за месяц до собрания правления 31 октября, после поданного 1 октября заявления об отставке В. Калда, состоялось «узкое» (прорусаковское) собрание руководства партии, о котором ряд членов правления – например, из Тарту - не знала. Информация о соответствующем заявлении В. Калда не была доведена сторонниками группы М. Русакова не только до однопартийцев, но и до ряда членов правления.

Таким образом,  как заявили эти члены правления,  группа Мстислава Русакова, вступившая в партию год назад, и до этого не отличавшаяся симпатией к левой идеологии, попыталась воспользоваться уходом Валева Калда с поста председателя ОЛПЭ  для захвата власти в партии.

31 октября (как и ранее 3 октября) эта группа собрала правление не в полном,  но в удобном для себя составе и назначила М. Русакова председателем ОЛПЭ. За М. Русакова проголосовало 4 члена правления, за альтернативного кандидата - Ю. Соммер - 3.  В. Калд, фактически остававшийся членом правления, не голосовал под нажимом сторонников М.Русакова. В целом, как заметил А. Егоров, легитимным большинством партийного правления ОЛПЭ (в составе 10 человек)  в этот период можно было считать лишь голоса 6 его членов.


Радикальные идеи, но неразборчивые средства

Идеи сторонников Мстислава Русакова,  казалось бы, являются достаточно острыми и радикальными  в ряде - в основном русских – вопросов, в частности, вопроса русского образования. Однако остро ставя данные вопросы,  команда М. Русакова, как кажется, пытается отстаивать свою позицию по этим вопросам, игнорируя специфику Эстонии. Идеологию данной группировки нельзя считать полностью левой. У таких деятелей данной группировки, как В. Илляшевич, левая идеология  и ранее часто выступала лишь как прикрытие русского консерватизма, а иногда и правого национализма и шовинизма.

Эти особенности идеологии группы М. Русакова проявилась и в их внутрипартийных действиях. Попытка завоевания  данной группой власти в OЛПЭ с одной стороны была шагом как будто смелым, но смелым лишь по видимости. Почему нельзя было провести Русакова в председатели партии легально - через полное правление, съезд и проч.? Почему надо было делать это с явными нарушениями устава и внутрипартийных процедур?

Реально действия сторонников М. Русакова делались в обход партийных правил и игнорировали других членов партии – в особенности эстонскую ее часть. Такой стиль действий очевидно провоцировал внутрипартийный скандал и раскол партии.


Результат – партийный раскол. Серия взаимных исключений.

Результатом незаконных  действий команды М. Русакова стал  острый кризис и фактический раскол партии. Последовали возражения однопартийцев (в частности А. Егорова – в прессе ) против несоблюдения устава партии Русаковым.

В ответ на это правление М. Русакова (опять при фактически неполном кворуме) 6 ноября исключило  из партии трех несогласных однопартийцев (участников движения соотечественников) – А.Егорова, А.Кручинина и В. Дроздова. Исключенные в лучших сталинских традициях были обозначены как «ренегаты» (ренегаты чего и кого?).

На эти действия команды М. Русакова последовали ответные шаги другой части партии, включая эстонскую.

16 ноября состоялось собрание альтернативной (в т.ч. и  исключенных его членов) части правления Левой партии Эстонии и «ответное» исключение команды Русакова из партии.  По предложению этой части правления вторую группу OЛПЭ возглавила Юлия Соммер.

Так в Эстонской Левой партии образовались две группировки, которые обе  претендуют на руководство партией. Начались взаимные исключения из партии. К 14 декабря командой М.Русакова, например, было исключено из партии  64 человека. (https://www.facebook.com/VasakparteiEstonia/photos/a.450025991811322/1168440159969898/?type=3&theater).

Каждая из противостоящих групп  провела свой съезд: 25 ноября – команда М. Русакова, 8 декабря (согласно назначенной еще общим правлением дате) – альтернативная группа Ю. Соммер. На первом съезде присутствовало  24 делегата, 5 из которых были приняты в партию накануне. На второй съезд «большинства» ОЛПЭ было делегировано 63 делегата ( на месте присутствовали 55 делегатов) из 9 регионов Эстонии.

 

Кому выгодно?

Интересно отметить позицию официальных массовых средств Эстонии – например ERR и Delfi. С самого начала конфликта они, как ни странно, подавали факты о ситуации с позиций именно русаковской группировки.

Это дает основания считать, что линия на раскол партии соответствовала интересам правой политической машины Эстонии и сознательно использовалась ею для создания «управляемого конфликта» в партии и выведения ее из политической игры накануне выборов в Рийгикогу  начала марта след. Года.

Прореформистский характер «операций» вокруг Левой партии показывает и попытка навязать обоим крыльям партии жесткую антицентристскую риторику.

Игорь Розенфельд

Add comment

 


Security code
Refresh

Вход на сайт