Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 
Administrator
Автор - Administrator. Опубликовано в Этот день в истории, 10 августа 2017.
227 посещений 0 favoured

1378 год. 11 августа русское войско Дмитрия Донского разбило ордынцев в битве на реке Воже

«В августе 1375 года Димитрий с союзниками вступил в тверскую землю, взял Микулин, осадил Тверь. Он простоял там четыре недели, а между тем его воины жгли в Тверской области селения, травили на полях хлеб, убивали людей или гнали их в плен. Михаил, не дождавшись ниоткуда помощи, выслал владыку Евфимия к Димитрию просить мира. Казалось, пришла самая благоприятная минута покончить навсегда тяжелую и разорительную борьбу с непримиримым врагом, уничтожить тверское княжение, присоединить тверскую землю непосредственно к Москве и тем самым обеспечить с этой стороны внутреннее спокойствие Руси. Но Димитрий удовольствовался вынужденным смирением врага, который в крайней беде готов был согласиться на какой угодно унизительный договор, лишь бы оставалась возможность его нарушить в будущем. Михаил обязался за себя и своих наследников находиться в таких отношениях к Москве, в каких был Владимир Андреевич, считать московского князя старейшим, ходить на войну или посылать своих воевод по приказанию московского князя, не искать и не принимать от хана великокняжеского достоинства, отречься от союза с Ольгердом и не помогать ему, если он пойдет на смоленского князя за его участие в войне против Твери. Михаил обязывался не вступаться в дела кашинской земли, и, таким образом, тверская земля разделялась с этих пор на две независимые половины, и власть Михаила Александровича простиралась только на одну из этих половин. В удовлетворение Новгороду, тверского князя обязали возвратить церковное и частное имущество, пограбленное в Торжке, и освободить всех новгородских людей, которых он закабалил себе посредством грамот. Михаил обязался возвратить Новгороду все земли, купленные его боярами, и все товары, когда-либо захваченные у новгородских гостей. Наконец, что всего важнее в этом договоре, постановлено было по отношению к татарам, что если решено будет жить с ними в мире и давать им выход, то и Михаил должен давать, а если татары пойдут на Москву или на Тверь, то обеим сторонам быть заодно против них; если же московский князь сам захочет идти против татар, то и тверской должен идти вместе с московским. Таким образом, Москва, возвысившись прежде исключительно татарскою силою, теперь уже имела настолько собственной силы, что обязывала князей других земель повиноваться ей и в войне против самих татар.

Несчастные беглецы, подстрекнувшие Михаила на новую борьбу с Димитрием, были, по договору, преданы Михаилом на произвол судьбы. Всем другим боярам и слугам обеих земель предоставлялся вольный отъезд, и князья не должны были "вступаться" в их села, а имения Ивана и Некомата предоставлялись без изъятия московскому князю. Через несколько лет после того их самих заманили хитростью и привезли в Москву. Там, на Кучковом поле (где теперь Сретенский монастырь), 30-го августа 1379 года над ними была совершена публичная смертная казнь, насколько известно - первая в Москве. Народ с грустью смотрел на смерть Ивана, красивого молодца; вместе с головой Ивана отсекались для него все заветные предания старинной вечевой свободы. Казнь его, однако, не помешала братьям его служить Димитрию и воеводствовать у него. Усмирение тверского князя раздражило Ольгерда, но не против Димитрия, а против смоленского князя, за то, что последний, которого он считал уже своим подручником, участвовал в войне против Михаила. Ольгерд опустошил в отмщение смоленскую землю и взял много людей в плен. Гораздо сильнее раздражился за Тверь Мамай и притом на всех вообще русских князей: он видел явное пренебрежение к своей власти; его последний ярлык, данный Михаилу, был поставлен русскими ни во что. Тогда один татарский отряд напал на нижегородскую землю, объявляя ей наказание за то, что рать ее ходила на тверскую землю; другой отряд за то же самое опустошил землю новосильскую. Вслед за тем, в 1377 году, татарский царевич Арапша из Мамаевой Орды сделал опять нападение на нижегородскую землю. Соединенная суздальская и московская рать по собственной оплошности была разбита у реки Пьяны, и последствием этого поражения было взятие и разорение Нижнего Новгорода. Наконец, в 1378 году Мамай послал мурзу Бегича на великого князя. Ополчение его шло через рязанскую землю. Великий князь предупредил Бегича, перешедши Оку, вступил в рязанскую землю; здесь, на берегах реки Вожи, 11-го августа, татары были разбиты наголову.

Здесь сподвижником Димитрия явился Ольгердов сын Андрей. Ольгерда уже не было в живых. Воинственный князь не только принял христианство, но перед смертью постригся в монахи и умер, как говорят, схимником. Андрей Ольгердович не поладил с преемником отца, своим единокровным братом Ягеллом, и бежал в Псков, где был посажен князем, а потом со псковичами служил Москве против татар. После вожской битвы этот князь, вместе с Владимиром Андреевичем и с воеводою (называемым в летописях иногда и князем) Димитрием Михайловичем Боброком, волынцем, взяли бывшие под властью Литвы города Трубчевск и Стародуб в северской земле с их волостями. Брат Андрея, князь Димитрий Ольгердович, княживший в Брянске и Трубчевске, также недовольный Ягеллом, отдался добровольно под руку великого князя, который дал ему Переяславль-Залесский со всеми пошлинами, т. е. доходами княжескими. Эти враждебные отношения к Литве вызвали со стороны преемника Ольгердова Ягелла вражду против Москвы и заставили его войти в союз против нее с Мамаем.

После вожской битвы Мамай прежде всего подвергнул каре рязанскую землю, за то, что поражение татар произошло в рязанской земле. Татарские полчища ворвались туда, разорили много сел, угнали в плен много людей и сожгли Переяславль рязанский. Олег не успел собрать своих сил и убежал, а потом, чтобы не подвергать вновь опасности своей волости, поехал к хану, поклонился ему и обещал верно служить Мамаю против Москвы»

Цитируется по: Костомаров Н.И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. М.: Астрель, 2006

История в лицах


Летопись по Типографскому списку:

В лѣто 6886 приидоша Татарове изгономъ к Новугороду Нижнему. Князь же не бѣ на городѣ, но на Городцѣ, а гражане, поврьгше градъ, бѣжаша за Волгу. И посла князь Дмитрей къ Татаромъ, дая имъ окупъ з города. Они же не взяша окупа и пожгоша градъ. И отшедше, повоеваша Березовъ, Поле и уездъ весь и много зла сътвориша и отъидоша. О побоищи, иже на Вожи . Того же лѣта Ординский князь Мамай поганы, събравъ воа многы и посла Бѣгыча ратию на великого князя Дмитреа Ивановича и на всю землю Русскую. Се же слышавъ князь великий Дмитрей Ивановичь и събравъ воа многы, и поиде противу ихъ съ многою силою своею. И перешедъ рѣку Оку и поиде в землю Рязаньскую и срѣтеся с Татары на рецѣ на Вожи. И стояху промежи собою о рецѣ о Вожи немного дний, потомъ же переидоша Татарове на сю сторону и ударивша в кони свои, кликнуша и скочиша вборзѣ и потомъ на грунахъ поидоша; Рустии же полци потекоша противу имъ. И удари на нихъ съ сторону князь Данило Пронский, а Тимофѣй, околничей великого князя, с другую сторону, а князь великый с полки своими в лице. Татарове же в томъ часѣ поврѣгша копиа своа и побѣгоша за рѣку Вожю, и князь же великый погна за ними с полки своими, избиваа ихъ, и множество избиша ихъ, а инии в рецѣ истопоша. А се имена избитыхъ князей Татарскихъ: Хазибий, Коверга, Карубулукъ, Кострокъ, Бегичка. По сихъ же приспѣ вечеръ и зайде солнце и бысть нощь, и не лзѣ бѣ гнатися за ними за рѣку. Въ утрии же бѣ мгла велика, а Татарове такыи побѣгоша с вечера и черезъ всю нощь бѣгоша. Князь же великый на утрии уже предъ обѣдомъ поиде по нихъ слѣдомъ ихъ и, шедше далече за ними, обрѣтоша в поли повръжены дворы ихъ и вежи и шатры и телѣги ихъ, а в нихъ товару многое множество, то все помѣташа, а самихъ не обретоша, бяху бо такии побѣгли къ Ордѣ. Изъимаша тогда на войнѣ той нѣкотораго попа, оть Орды пришедша, Иоаннова Васильевича, и обрѣтоша у него злыхъ и лютыхъ зелей мѣшокъ и истязавше его много и послаша его в заточение на Лаче озеро, идеже бѣ Данилъ Заточеникъ. Великый же князь Дмитрей Ивановичь възвратися к Москвѣ съ побѣдою великою и съ многою корыстью и рати разспусти кыйждо въсвоаси. Убьен же бысть тогда на томъ бою Дмитрей Монастыровъ да Назаръ Даниловъ Кусакова. Бысть же побоище сего мѣсяца августа въ 11, в среду, при вечерѣ. Окааннии они Измаилтѣни, елици уидоша со бою того, прибегоша въ Орду къ царю своему, паче же к пославшему ихъ Мамаю, понеже царя имѣаху у собя въ Ордѣ невладьюща ничем же предъ Мамаемъ, но все старейшиньство сдержаше Мамай и всѣми владѣаше въ Ордѣ. Видѣвше Мамай изнеможение посланыхъ отъ него, избьение князей Ординскихъ и множество во нихъ изгибшихъ, и възьярися зѣло и събра остаточную силу и поиде изгономъ на Рязанскую землю. Князь же Олегъ Рязанский не успѣ собрати силы своеа вборзѣ и не ста противу на бой, но покинувъ градъ свой и перебежеа на сю сторону рѣки Оки и съ всѣми людми своими. Татарове же, пришедше, взяша градъ его Переаславль и огнемъ пожгоша. Волости же и села повоева, а людей много посѣкоша, а иные в полонъ поведоша и възвратишяся въ страну свою и много зла сътвориша. Того же лѣта бысть великъ мятежъ в Литвѣ, Богу попущешу на нихъ гнѣвъ свой, въсташа сами на ся и убиша великого князя Кестутиа Гедимановичь и бояръ его избиша, а сынъ его, князь Витовтъ, бѣже в Нѣмцы и много зла твори земли Литовской, подъялъ бо бяше Кестутей великое княжение подъ княземъ Ягайломъ.

Цитируется по: Полное собрание русских летописей.Том 24. Летопись по Типографскому списку. Пг., 1921

Мир в это время


В 1378 году началась Великая Схизма — раскол в Римской католической церкви.

Карта Великого раскола. Красным отмечены регионы, поддерживающие Авиньон, синим — Рим

«Еще до того, как поднялся сфумато (белый дым, означающий, что папа избран), вооруженная группа нетерпеливых римлян силой ворвалась в конклав. Кардиналы, над жизнями которых нависла опасность, не осмелились сообщить результаты голосования и обратились в бегство. Это стало возможным благодаря тому, что один из них вдруг накинул на плечо престарелого и почти не способного передвигаться римского кардинала Тибальдески паллий. Старец не мог бежать, и, несмотря на все его возражения, ликующая толпа возвела его на престол. Насильно надели на него папские регалии, на голову возложили тиару. Пока ему воздавали почести руководители города, сброд разграбил римский дворец кардинала. К тому же существовала традиция, согласно которой если у кардинала, избранного папой, в Риме было жилье, то оно подвергалось грабежу на том основании, что переезжающему в папский дворец это добро и не нужно. Только после того, как к вечеру удалось утихомирить толпу, истина прояснилась.

Новый папа избрал себе имя Урбана VI (1378-1389). Несмотря на то что он был сведущ в делах управления церковью, он как личность вряд ли соответствовал столь высокому положению, ставшему к тому же весьма деликатным. Ему были незнакомы терпение и компромисс; это был напористый, высокомерный человек, которому свойственна неукротимость, более того, грубость. Его непригодность вскоре поняли и современники; поговаривали, что он был нервнобольным. Урбана VI короновали папой 10 апреля 1378 года, и кардиналы выразили ему почтение как законно избранному папе. Тем самым они задним числом признали каноничность избрания. Позднее концепция курии и идентифицирующаяся с ней историческая литература считали канонически избранным ряд пап, начиная с Урбана VI. Однако последние исторические исследования подвергают сомнению то, что при коронации кардиналы по доброй воле отдавали почести папе; по всей вероятности, это происходило по принуждению. <…>

Бурный ход конклава, избравшего Урбана VI, однозначно показал, что церковь созрела для реформ. Первым шагом здесь могло бы стать реформирование курии и кардинальской консистории. Когда папа заявил о подобного рода намерениях, французские кардиналы, наблюдавшие и до этого с подозрением за его действиями, вступили на путь открытого сопротивления, покинули Урбана и собрались в Ананьи, где открыто стали утверждать, что избрание Урбана VI происходило под принуждением и потому якобы недействительно. Поэтому папский престол следует считать свободным и необходимо избрание нового папы.

Возглавлял партию, выступившую против Урбана, кардинал Амьенский. Оппозиционные кардиналы находились под вооруженной защитой графа Фонды Гаетани. Они вступили также в связь с французским королем Карлом V, который заверил их в своей поддержке. В то же время Урбан втянулся в конфликт с неаполитанским королевством, с королевой Иоанной, против которой он поддерживал союзника венгерского короля Лайоша I - герцога Карла Дураццо. Теперь уже все кардиналы, за исключением одного Тибальдески (который вскоре скончался), были в Ананьи. В ответ папа Урбан назначил 29 новых кардиналов, естественно, из приверженцев своей партии, в том числе и многих своих родственников.

Кардиналы, собравшиеся на выборы нового папы, расположились в Фонди, на неаполитанской территории, где 20 сентября 1378 года папой был избран кардинал-француз Роберт Женевский, принявший имя Климента VII (1378-1394). Новый папа был скорее политиком и полководцем, чем живущим в святости иерархом церкви. Следовательно, у него и шансы были выше в надвигающихся схватках. После того как Урбан, прочно удерживавший свои позиции в Риме, предал анафеме антипапу и его кардиналов, то же самое в отношении Урбана сделал и Климент VII, временно пребывавший в Фонди. Тем самым церковный раскол стал свершившимся фактом.

Юрисдикция обоих пап внутри вселенской церкви признавалась в зависимости от политико-властных интересов. Законность Урбана VI признали Германо-римская империя, Венгрия, Польша, Скандинавские страны и Англия; к церквам, которые выразили послушание Клименту VII, принадлежали церкви таких государств, как Франция, Шотландия, Неаполь, Сицилия и государства Пиренейского полуострова. Это деление в основном отражало состав противостоящих друг другу блоков в Столетней войне. Естественно, были и исключения; так, например, австрийский герцог Леопольд занял сторону Климента. Университеты, провинции монашеских орденов, епископства сами решали вопрос о своей юрисдикции. Факт формирования национальных церквей свидетельствует о том, что церкви, как правило, следовали за линией поведения, принятой светской властью. А в монашеских орденах разделение происходило по провинциям.

Схватка двух пап завершилась бесславной вооруженной борьбой в Италии, в которой помимо французов и неаполитанцев приняли участие и венгры. Интересы Климента VII защищали французские войска, союзные с Иоанной Неаполитанской, в то время как Урбан, признавая притязания венгерских Анжу на Неаполь, мог опереться на итальянское и венгерское оружие. Рим вновь раскололся на две партии; во главе оппозиции Урбану стоял род Орсини. В начале 1379 года победу одержали наемники Урбана, так что в их руки попал и Замок Святого Ангела, и Ватикан; Урбан укрепил свою власть и в Церковном государстве. Климент VII бежал из Фонди в Неаполь, а в июне 1379 года он окончательно поселился в Авиньоне. Из своих французских сторонников он назначил новых кардиналов и в не остывших еще папских дворцах тотчас приступил к новой организации курии. Таким образом, у святой матери-церкви появилось две главы - двое пап, две курии, и соответственно поступающие из Рима и Авиньона, в равной степени претендующие на свою исключительность и законность параллельные назначения, противоречащие друг другу постановления, налагаемые и той и другой стороной налоги - все это создавало анархию в управлении церковью. В этой обстановке блюстителями распадающегося церковного порядка стали выдавать себя светские князья; от их воли зависело осуществление того или иного папского постановления, заполнение бенефиций. Тем самым соперничающие между собой папы сами предоставляли возможность государству стать над церковью и содействовать созданию национальной церковной автономии».

Цитируется по: Гергей Е. История папства. М.: Республика, 1996


Administrator

Author: Administrator

7410 0 0
...

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Powered by CjBlog